Новый Московский: исследование столичного стиля
Продолжаем разговор про национальные коды и единые облики городов — и от истории переходим в день сегодняшний. Можно ли, пользуясь тем же инструментарием, с помощью которого различали готику и классицизм, выявить характерные черты архитектуры настоящего времени? Предположив, что в Москве за последние 10 лет сложился полноценный архитектурный стиль, который достаточно точно определяется по применяемым композиционным и формальным приемам, деталям и материалам, кураторы спецпроекта «Новый московский стиль» на выставке АРХ Москва углубились в теоретико-практическое исследование. О любопытных его результатах «Среде для жизни» рассказывает один из кураторов — Илья Мукосей, архитектор и креативный директор выставки.
В Москве с середины 1990-х боролись за первенство две тенденции. В эпоху правления Ю.М. Лужкова с его одобрения преобладала та, которую можно с большой натяжкой назвать псевдоисторической (или более модным термином «капром»?) – очень приблизительная имитация архитектуры прошлого, а точнее – представлений о ней людей, находившихся в тот момент у городского руля, и не обладавших особыми знаниями в этой области.
Противоположная — условно модернистская — партия также не лишена была возможности строить, но работала под страшным давлением. Довести до реализации каждый новый проект считалось подвигом.
Со сменой как политического, так и архитектурного руководства города в начале 2010-х наметился перелом в пользу «модернистской» тенденции. К концу десятилетия, за счет появления новых масштабных зданий и сооружений, уже можно было говорить об относительном паритете двух направлений в московской городской среде. Что и показал стартовавший на АРХ МОСКВЕ 2020 проект «Москва: Значимо!». Автор идеи Василий Бычков и кураторы — Юлия Бычкова и ваш покорный слуга — постарались «отключить» критерий архитектурного вкуса, выявляя с помощью экспертов (архитектурных критиков, историков архитектуры, журналистов из Москвы и других городов) наиболее «значимые» постройки прошедших 30 лет, то есть «серьезнее других изменившие городской ландшафт, выразившие дух недавнего прошлого и сформировавшие наше настоящее».
архитектор, куратор, архитектурный публицист
Опыт, позволивший сравнительно безболезненно ставить рядом и беспристрастно сравнивать архитектурные достижения разных эпох, показался нам удачным, и был повторен еще дважды, в 2022 и 2024 годах. На каждом новом этапе мы меняли географические и временные границы исследования, стремясь укоренить критерий «значимости» на более широкой почве. И если в 2020-м изучению подверглись постройки центра Москвы за 30 лет, то в 2022-м – архитектура периферии без ограничения по времени, а в 2024-м – здания, построенные в Москве и области в XXI веке… Географические границы в каждом случае эксперты определяли сами, каждый для себя, что прибавило спискам «значимого» пересечений и позволило говорить, на основе их мнений, о ментальных границах между центром и периферией.
Различия в установке временны́х рамок тоже дали свои плоды. В рейтинге «значимого» 2022 года с небольшим, но несомненным перевесом преобладала архитектура советского модернизма, а лужковское время было представлено значительно слабее, чем двумя годами ранее. В 2024-м , несмотря на то, что временная граница была установлена на начало XXI века, объекты лужковской эпохи, многие из которых были построены уже в новом тысячелетии, не смогли вернуться к паритету с более новой архитектурой. Судя по всему, к большинству из них публика настолько привыкла, что перестала их замечать. Выходит, они больше почти никого не раздражают.
Но нельзя не признать и того, что постройки последних лет меняют облик и образ Москвы, как минимум, не менее существенно. Именно на них мне и захотелось сосредоточить внимание в рамках нового кураторского проекта для АРХ МОСКВЫ 2025.
Почвой для проекта, получившего название «Новый московский стиль», стало впечатление, что уже после «модернистского» поворота начала-середины 2010-х в московской архитектуре произошли и другие изменения: оппозиционная бескомпромиссность «авангардных» построек, созданных еще под лужковским давлением, постепенно уступила место новой декоративности.
Кроме того, сложился конечный набор распространенных объемно-пространственных и декоративных приемов, сочетание которых позволяет однозначно отнести отличающиеся ими московские постройки к определенному периоду, начинающемуся примерно 10 лет назад.
Конечно, с точки зрения классического искусствоведения, о стиле пока говорить не приходится, но об очень мощном и целостном тренде – наверняка.
Впрочем, год назад это было лишь ощущение, гипотеза, которую предстояло проверить. За помощью я обратился в архитектурную школу МАРШ, где преподаватели модуля истории архитектуры и градостроительства Марат Невлютов и Лена Борисова разработали методику, решающую сразу две задачи, учебную и исследовательскую. Глазами, руками и ногами проекта (а отчасти и мозгами) стали студенты 1-го и 2-го курсов бакалавриата МАРШ.
Поделившись на небольшие группы, студенты обошли зону между Садовым кольцом и Третьим транспортным, по идее преподавателей поделенную на 21 сектор. Если исследователям в их секторе казалось тесно, они могли сместиться к центру или к периферии.
Первым делом каждому студенту нужно было собрать небольшую личную коллекцию зданий, которые кажутся построенными в последние 10 лет. Затем найденные образцы проверить на предмет соответствия впечатлений фактам, а заодно по возможности выяснить функцию, авторов и другие базовые сведения.
Со временем индивидуальные студенческие коллекции составили один общий каталог, в котором здания по большей части рядовые, найденные в ходе прогулок по городу, были дополнены более известными, о которых писала пресса (тут пришлись кстати и наши списки значимых построек).
Всего в каталог вошло более 120 зданий. На разных этапах все находки сравнивались друг с другом на предмет наличия каких-либо общих черт. И такие черты нашлись!
На АРХ МОСКВЕ мы показали все 120 зданий и их общие черты в виде схемы – паутины, соединив красными нитками карточки-формуляры зданий, приколотые к карте Москвы, с иконками, изображающими присущие им свойства.
Список признаков «нового стиля» составил 14 пунктов, проявляющих себя в самых разных характеристиках зданий, от градостроительных и объемно-планировочных до деталей. Студенты дали этим свойствам меткие, а порой настолько обидно-остроумные названия, что перед выставкой часть из них нам пришлось заменить более мягкими синонимами.
Важно, что в отдельности каждый из этих признаков отнюдь не означает принадлежности своего обладателя к какому-либо периоду или месту. Зато сочетание нескольких признаков в одном московском объекте с большой долей вероятности позволяет отнести его к числу построек последних 10 лет.
Точность характеристик проверена не только студентами и нами, но также коллегами, не вовлеченными в проект. Будучи посвящены в наш список список свойств, многие потом жаловались, что теперь не могут не видеть признаки «Нового московского стиля» повсюду.
Рекордсмены списка изученных студентами зданий — в МАРШ их прозвали супергибридами — сочетают в себе по 6-7 свойств, более скромные объекты – как минимум два. Но подчас эти сочетания на удивление контрастны. Одним их самых распространенных стала пара зиккурата, свойства, характеризующегося ступенчатым сужением объема кверху, и его полной противоположности – консоли – ступенчатого расширения кверху.
Некоторые свойства могут проявлять себя, в прямом и переносном смысле, в разных плоскостях. Так в облике ЖК «Люмин» от ЦЛП мы наблюдаем горизонтальный зиккурат, а в планах башен комплекса Capital Towers скрыто свойство «М», которое мы можем легко заметить только благодаря тому, что каждая из этих трех вертикалей обладает еще и консолью. В целом же Capital Towers является типичным представителем свойства три плюс, к которому также можно отнести такие объекты как ЖК Hide, Mod и, конечно, «Пресня сити», вкупе с Центром «Зотов». Они в рамках экспозиции «Нового московского стиля» на АРХ Москве и стали иконой стиля для свойства три плюс.
Иконы стиля – категория, придуманная специально, чтобы сделать нашу теорию еще более очевидной. Это звание мы присвоили 14 объектам, каждый из которых наиболее наглядно представлял один из 14 признаков московского стиля. Выбрать их было непросто, кандидатов было предостаточно, и каждый из них мог бы стать амбассадором не одного, а как минимум 2-3 свойств.
Один из распространенных вопросов к результату нашей работы: удалось ли нам найти и определить московский стиль эмо-тех (или эмоциональное техно), не так давно провозглашенный главным архитектором столицы Сергеем Кузнецовым?
Положительного ответа дать не могу. Мне кажется, потому, что наши изыскания лежали в совершенно другой плоскости. Оставив в стороне техно-составляющую, скажу об эмоциональной: она в значительной степени – в глазах смотрящего. Лично мне, например, кажется очень выразительной и эмоциональной остроконечная консоль, которая служит одной из визитных карточек нового кампуса МГТУ им. Баумана. Но в рамках методики нашего исследования я вижу то, что можно зафиксировать объективно и с чем не станут спорить даже те, кому, возможно, эта постройка не нравится. А именно – два свойства московского стиля в нашем его прочтении – острый угол и консоль.
Как же после этого следует относиться к этому проекту? Стоит ли воспринимать его всерьез? В ответ первым делом надо отметить, что исследование не завершено. Список маркеров стиля, скорее всего, не полон. Определить с их помощью относительный возраст зданий можно лишь будучи уверенным, что они построены в Москве. Если в следующем году этот проект будет снова включен в учебную программу МАРШ, то, возможно, удастся выяснить, является ли этот набор признаков уникальным для нашего города, или же применим к другим российским, а может, и зарубежным городам.
Но уже сейчас непосредственный, свежий взгляд студентов, сущих «младенцев» в профессии, может быть полезен их более старшим коллегам: поможет им взглянуть на себя и свое недавнее творчество со стороны, чтобы в дальнейшем или более осознанно оттачивать свои излюбленные приемы, или наоборот – отбросить их и перейти к чему-то принципиально иному.
Преподаватели: Марат Невлютов и Лена Борисова.
В исследовании принимали участие студенты бакалавриата МАРШ:
1 курс
Николай Аксенов
Альберт Асратян
Федор Фома Заславский
Александра Захарова
Джамиля Зулумханова
Елизавета Климонтова
Михаил Кречетов
Полина Михайлова
Александра Панфилова
Исмаил Рамазанов
Алена Савичева
Ульяна Скворцова
Имам Хангишиев
Вероника Юнашева
Леонид Якименко 2 курс
Дарья Бережная
Алена Вингорская
Дарья Горшкова
Елизавета Мария Вельковская-Тарасенко
Мария Грекова
Ролан Гусаров
Денис Зазубрин
Фёдор Купцов
Елизавета Мельчукова
Марина Нагорнова
Владимир Немцов
Дарья Овчарова
Алина Петренко
2 курс
Дарья Бережная
Алена Вингорская
Дарья Горшкова
Елизавета Мария Вельковская-Тарасенко
Мария Грекова
Ролан Гусаров
Денис Зазубрин
Фёдор Купцов
Елизавета Мельчукова
Марина Нагорнова
Владимир Немцов
Дарья Овчарова
Алина Петренко
Подготовка материалов к выставке:
Илья Мукосей
Лена Борисова
Марат Невлютов
Студенты:
Денис Зазубрин
Алена Вингорская
Марина Нагорнова Дарья Горшкова
Дарья Бережная
Алина Петренко
Мария Грекова
Информация об архитектурных проектах сверена по открытым источникам.
Авторы снимков, использованных в разделе «Иконы стиля»: Ольга Алексеенко, Даниил Анненков, Илья Иванов, Михаил Розанов, Дмитрий Чебаненко, Рустам Шагиморданов, Дмитрий Яговкин
