Сжимающийся город — не провал. Как переосмыслить городское планирование за пределами роста?
«СДЖ» отныне готовит для вас обзоры не только отечественных, но и иностранных исследований — самых заметных за последнее время. Начинаем с темы, которая все чаще обсуждается и у нас — сжимающиеся и убывающие города.
Искаженная реальность
15 апреля 2026 года в журнале Urban Planning, который выпускается издательством Cogitatio Press, вышла редакционная статья «Negotiating Possibilities in Shrinking Cities: Potentials, Challenges, and Policy Implications» («Договариваясь о возможностях в сжимающихся городах: потенциал, вызовы и политические следствия»). Ее авторы — немецкие исследователи Беттина Кнооп и Роберт Книппшильд из Дрезденского технического университета и Лейбницевского института экологического городского и регионального развития. Статья открывала тематический выпуск, посвященный городам, теряющим население. Стоит отметить, что оба работают в Герлице — городе на немецко-польской границе, который сам прошел через постиндустриальное сжатие и стал одним из мест, где эта проблема изучается на практике.
Центральный тезис редакционной статьи довольно прост и знаком многим специалистом в области городского развития. Успех города по-прежнему измеряется через оптику роста и ускорения, и в этих координатах сжимающиеся города регулярно получают ярлыки отставших, периферийных, забытых мест.
Авторы настаивают на том, что это не описание реальности, а ее искажение, причем искажение с тяжелыми последствиями. Стигматизирующие интерпретации не только скрывают структурные условия городского сжатия, но и могут формировать ощущение утраты субъектности и в результате ограничивать местные способности осмыслять и активно создавать альтернативное городское будущее.
Когда городу снова и снова говорят, что он неудачник, его жители в это начинают верить — перестают строить планы, инвестировать в местную экономику и в конечном итоге уезжают.
«Сжимающийся город» в понимании исследователей
Это не просто место, откуда уехали люди. Это место, попавшее в ловушку парадигмы, которая была создана под другую эпоху. Города строились, финансировались и оценивались в период демографического и экономического роста. Таким образом все, включая инфраструктуру, бюджетные трансферты, рейтинги, медиаобразы были заточены под рост как норму.
Когда рост закончился, в том числе и по демографическим причинам (из-за деиндустриализации, из-за миграции молодежи) города оказались не просто меньше. Они оказались вне системы координат, в которой их оценивали.
Инструментов для работы с этой ситуацией не было, потому что сама ситуация считалась патологией. Тематический выпуск Urban Planning призывает к смене парадигмы: собрав работы из разных дисциплин, охватывающих масштабы от международных сравнений до уровня отдельных кварталов, он исследует как потенциал, так и устойчивые вызовы, которые несет городское сжатие для высокого качества жизни и для перехода к устойчивому развитию. В выпуске собраны исследования из Германии, Польши, Финляндии, для малых и средних городов, переживающих разные типы сжатия, включая постсоветское, постиндустриальное и демографическое.
Одна из работ выпуска изучает два сообщества в немецкой Лузации — регионе угольной промышленности, переживающем ее закрытие, — и задается вопросом, может ли сжатие стать возможностью. Ответ неоднозначный: все зависит от того, как устроены местные культуры и структура управления.
Другая работа рассматривает польские города, которые ждали реурбанизации (возвращения жителей из пригородов в центры) — и так ее и не дождались, а теперь пытаются выстраивать систему управления в условиях продолжающегося оттока.
Финское исследование в том же выпуске ставит еще более фундаментальный вопрос.
Каким образом городское планирование исторически оправдывало само свое существование через риторику роста, и что же происходит с планировщиками и их инструментами, когда роста нет?
Есть в выпуске и работа о крупных жилых массивах советского типа в Германии, где сжатие накладывается на социальную маргинализацию. Авторы анализируют то, как меняется атмосфера общественных пространств, и то, как люди физически чувствуют себя во дворе или на улице, когда здания пустеют, а оставшиеся жители все более однородны по социальному статусу. Это исследование интересно тем, что переводит разговор о сжатии с демографического и экономического уровня на уровень повседневного опыта.
Отдельного внимания заслуживает работа о так называемых arrival spaces (территориях, принимающих мигрантов и беженцев). Парадокс в том, что именно «забытые» города с дешевым жильем и низкой конкуренцией за него становятся первыми точками расселения для людей из других стран. Это создает сложную динамику. Поднимается вопрос, что вообще значит «забытое» место, когда в него начинают приезжать люди, потерявшие гораздо больше? Исследование показывает, что этот вопрос нельзя решить ни простой риторикой инклюзии, ни пренебрежением к специфике малых депрессивных городов.
Редакционная же статья выступает за критический пересмотр количественных показателей роста как измерения городского успеха и призывает интегрировать рост и сжатие на обоих уровнях — аналитическом и управленческом в качестве необходимого условия для более устойчивых, справедливых и жизнестойких пространственных решений.
Это не призыв смириться с упадком — это призыв признать, что разные города находятся на разных траекториях, и перестать прикладывать к ним один универсальный шаблон. Меньшее число жителей может означать меньшее давление на инфраструктуру, возможность создать зеленые пространства там, где стояли пустые дома, снизить стоимость жилья и сделать город доступным для тех, кого выдавило из перегретых мегаполисов.
Сжатие — это не антоним устойчивого развития, а один из возможных путей к нему. Но только если планировщики согласятся перестать воспринимать его как провал и начнут воспринимать как другой тип задачи.