От иллюзии инклюзии – к дизайну без барьеров
Десять лет назад инклюзивность пространства воспринималась в России преимущественно как формальное требование. Запрос «снизу» был минимальным, а реализация — символической: пандус у входа в поликлинику, нередко с превышающим нормативы уклоном; или подъемник в подъезде, который не работает из-за отсутствия обслуживания. Такие меры не просто не решали проблему — они создавали иллюзию доступности, за которой скрывалась реальная изоляция маломобильных групп населения.
В своей колонке исполнительный директор проектного бюро М4 Анастасия Фомиченко доказывает, что ситуация с инклюзивными пространствами в последнее время качественно изменилась. Наблюдается переход от модели «реабилитации через изоляцию» к модели «инклюзии через интеграцию». Инклюзивная среда все чаще воспринимается не как среда для людей с инвалидностью, а как городское пространство, удобное для каждого в разные моменты жизни. Для родителя с коляской, туриста с чемоданом, пожилого или только что перенесшего операцию человека. Инклюзивный город становится территорией, где комфортно всем, потому что он учитывает все разнообразие человеческих потребностей.
От «галочки» к экосистеме: эволюция запросов
Еще недавно основной акцент в сфере инклюзии делался на физическом преодолении барьера: например, появлялся пандус. А сегодня ключевой запрос — связанность маршрутов. Люди хотят уверенно перемещаться от остановки общественного транспорта до парка, внутри парка — до самой дальней точки, а затем — в кафе или библиотеку. Это требует комплексного подхода: выравнивания перепадов высот, тактильной и визуальной навигации, комфортных зон отдыха, доступных санитарных узлов и инклюзивных общественных пространств.
Исполнительный директор проектного бюро М4
Замечу и рост активности и осознанности среди самих маломобильных горожан. Они все чаще выступают не как пассивные получатели услуг, а как активные соавторы изменений. В регионах появляются инициативные группы, которые не просто жалуются на барьеры, а предлагают конкретные решения и требуют включить их в процесс проектирования. Это принципиально новый уровень гражданской вовлеченности в проекты, связанные с городской средой.
Инклюзия как основа проектирования
За последние годы бюро М4 реализовало более 70 проектов по всей России. Каждый из них включает инклюзивные решения — от тактильных покрытий до универсальных игровых зон. Однако один проект стал для нас эталонным — это курортный парк в крымском городе Саки.
Здесь инклюзия не была добавлена к готовой концепции — она легла в ее основу. Мы создали не набор отдельных элементов, а целую экосистему доступной среды. В нее вошли тактильная навигация для незрячих; инклюзивные детские и спортивные площадки, где могут играть дети с разными возможностями; маршруты без перепадов высот и с контрастным покрытием; лавочки с опорными поручнями через каждые 50–70 метров; общественный туалет, соответствующий самым высоким стандартам доступности; понятная визуальная и цифровая навигация.
Парк стал местом притяжения для всех — без исключения — жителей. А мы до сих пор поддерживаем связь с городской администрацией и местным сообществом.
Этот опыт еще раз показал, что формирование доступной среды — это не разовое событие, а процесс, требующий постоянного диалога.
Исследование бюро М4: барьеры и системные вызовы
Наше исследование по малой мобильности и доступной среде в России выявило несколько ключевых проблем.
Во-первых — финансовая несбалансированность: более 85 % средств направляется на социальные выплаты и текущее обслуживание и лишь около 15 % — на создание инфраструктуры и реабилитационных объектов. В Саках, например, ежегодно выделяется около 300 млн рублей на доступную среду — и за несколько лет удалось реализовать лишь 11 объектов. Этого недостаточно для системных изменений.
Второе — комплексность барьеров. Помимо физических барьеров (ступени, узкие двери, отсутствие пандусов) существуют и иные. Например, информационные: люди не знают, куда можно добраться. Социальные барьеры — это стигматизация и изоляция маломобильных людей. Наконец, это барьеры бюджетные — отсутствие долгосрочного финансирования.
Главный барьер — это городская среда. Недоступный транспорт, необустроенные тротуары, отсутствие мест для отдыха — все это исключает маломобильных людей из повседневной жизни. Решение — в формировании единой городской ткани, где каждый элемент продуман с учетом разнообразия потребностей.
Сетевые хабы как новая модель инклюзивного пространства
Современные подходы к городской инклюзии все чаще указывают на необходимость перехода от создания изолированных, узкоспециализированных центров, зачастую расположенных на периферии, к более доступной модели. В этом контексте набирает силу идея сетевых инклюзивных хабов — многофункциональных пространств, интегрированных в уже существующую городскую инфраструктуру: библиотеки, парки, культурные центры.
Такие хабы должны объединять три ключевых компонента:
- реабилитационный блок с возможностью индивидуальных занятий и проката адаптивного оборудования;
- социальный блок, объединяющий коворкинг, кафе и пространство для совместных кружков, открытых для всех без исключения;
- информационный блок, где можно получить консультации по правам, ознакомиться с картами доступности и получить поддержку в навигации по городу.
Такие места не стоит выделять как «специальные» или «предназначенные для инвалидов». Они должны быть естественной частью повседневной городской среды, где разнообразие воспринимается как норма, а доступность — как общее условие комфорта.
«Павильоны комфорта»: когда туалет становится социальной инфраструктурой
Один из подходов, который мы развиваем в наших проектах, — переосмысление функции общественных туалетов. Мы называем их «павильонами комфорта». Это не просто кабинки, а многофункциональные пространства с комнатами для родителей и детей, зонами для медицинских процедур, местами для отдыха.
Этот подход возник как синтез профессионального видения и прямых запросов от жителей. Например, «нам негде перепеленать ребенка» или «я не могу поменять катетер в стандартной кабинке».
Сегодня туалет — это базовый элемент инклюзивной среды. Его доступность напрямую определяет, сколько времени человек сможет провести в общественном пространстве.
«Как двигаться вперед». Рекомендации для регионов
На основе нашего опыта реализации проектов с инклюзивной средой мы составили ряд рекомендаций для региональных чиновников. Следование этим рекомендациям позволит сделать проекты более качественными и облегчит процесс их реализации.
- Создать постоянный общественный совет при мэрии, в который войдут реальные представители маломобильных групп с правом голоса на стадии согласования проектов.
- Запустить пилотные проекты — сделать один квартал, одну улицу или сквер полностью инклюзивными. Это станет наглядным примером и полигоном для масштабирования.
- Разработать местные стандарты доступности, учитывающие климат, рельеф и специфику региона. Важно сделать такие стандарты более строгими, чем федеральные нормы.
- Инвестировать в компетенции — обучать архитекторов, чиновников и подрядчиков, чтобы они могли качественно реализовывать инклюзивные решения.
Не «ограниченные», а равные возможности для всех
Каким может выглядеть будущее инклюзивных пространств? Мы видим несколько трендов. Во-первых, мы движемся к тому, чтобы через 10 лет инклюзивная среда стала нормой, и мы перестали выделять ее отдельно. Доступность перестанет быть опцией — она войдет в стандарты любого градостроительного решения.
Во-вторых, мощным катализатором этого сдвига могут стать технологии. В перспективе цифровая навигация подскажет самый удобный маршрут с учетом физических возможностей. Умные светофоры будут адаптироваться под скорость пешеходов. Экзоскелеты и роботизированные помощники войдут в повседневную жизнь.
В-третьих, поменяется отношение бизнеса к этой теме. Он все чаще будет видеть в «доступности» не затраты, а стратегические преимущества — лояльность клиентов, расширенный рынок и устойчивую репутацию.
В-четвертых, особое внимание будет уделяться психологическому комфорту. В городах появятся сенсорно-безопасные зоны, тихие пространства для людей с аутизмом, деменцией или тревожными расстройствами. Инклюзия начинается не только с пандусов, но и с понимания внутреннего состояния человека.
Наконец, главная идея: мы должны прийти к такому состоянию, когда каждый человек — независимо от возраста, здоровья или способа передвижения — перестанет чувствовать себя в городе «объектом заботы». Вместо этого он станет полноценным участником городской жизни.