«Пять вопросов архитектору / урбанисту». Алексей Муратов
«Среда для жизни» открывает новую регулярную рубрику «Пять вопросов архитектору/урбанисту». В ней ведущие российские градостроители, консультанты, социологи, антропологи, архитекторы и представители других профессий, тесно связанных с городским развитием, поделятся своим видением российской урбанистической повестки. Таким образом мы планируем обозначить и развить сообщество экспертов, для которых предназначена наша платформа. А из их ответов, мы надеемся, сложится карта урбанистических трендов, знаковых проектов, проблем городов и предложений по их развитию.
1. Какие темы, на ваш взгляд, составляют российскую урбанистическую повестку сегодня?
Основная повестка городского развития — обеспечение устойчивого экономического роста городов и «трансляция» результатов этого роста в повышение качества жизни горожан. Это подразумевает определение экономической специализации (модели) города и реализацию комплекса мер, стимулирующих, с одной стороны, максимальное развитие выявленного экономического потенциала, а с другой — всемерное раскрытие человеческого потенциала, формирование новых возможностей для горожан.
Еще одна важная тема — повышение жизнестойкости городов. Речь идет о таком важном качестве в современном мире, как способность выдерживать всякого рода катаклизмы (от природных до экономических) и выходить из них еще более сильными и социально сплоченными. Здесь открывается огромный фронт работ: от адаптации наших городов к изменению климата и смягчению его последствий до формирования городских сообществ, способных к взаимовыручке и консолидации.
2. На какие существующие и зарождающиеся тренды, связанные с развитием российских городов, следует обратить особое внимание?
Навскидку выделю несколько трендов — во-первых, выход в активную жизнь «зумеров», людей, родившихся в период 1997–2012 годов, представителей первого поколения digital native. «Зумеры» имеют свои, порою своеобразные потребительские и поведенческие привычки, и они оказывают большое влияние на старшие и младшие поколения.
Во-вторых, общее постарение жителей России. Растет и количество граждан «серебряного возраста», и их роль в экономике. Сегодня к «серебряному возрасту» принадлежит каждый четвертый россиянин, а к 2040 году таких людей будет больше половины населения страны.
В-третьих, пандемия COVID-19. Она усилила некоторые тренды, зарождавшиеся ранее. Например, отток жителей центров городов в пригороды, рост востребованности инструментов дистанционного обслуживания.
В-четвертых, это специальная военная операция, оказавшая влияние буквально на все аспекты городской жизни: от безопасности до состава потребительской корзины.
партнер КБ «Стрелка»
«Эти тренды накладываются на более глубинные трансформации, связанные со становлением нового экономического уклада, цифровой экономики. На стыке этих явлений возникают тренды городской жизни, приобретающие порой разнонаправленный характер. Вот несколько из них».
1. Рост тяги к домоседству
Время, проводимое дома, значительно увеличивается, и людям нравится находиться в квартирах и домах. Это диктует повышенные требования как к жилью, так и к окружающему району. Возобладала так называемая «гиперлокальность» — времяпровождение в пределах ограниченной территории.
2. Желание иметь все быстро и под рукой
Люди все меньше готовы ждать. То, что им нужно, они хотят получать максимально беспроблемно и оперативно. Отсюда концепции города, расписанного по минутам: и не только 15-минутного, но даже и одноминутного.
3. Доминирование права сильного в общественных пространствах
Возникает все больше рестрикций: от запретов на коллективные протестные действия и контроля с помощью средств наблюдения до преследования «маргиналов» — людей, чей облик или поведение не укладывается в негласно принятый стандарт. Граница между приватным и общественным, которая было начала размываться в относительно либеральные «нулевые» и десятые годы, опять становится ощутимой и крепкой. Публичные пространства городов становятся более зарегулированными, ограничиваются любые спонтанные действия. Посмотрите, с чего начиналась знаменитая «Яма» на Покровском бульваре в Москве — и к чему она сейчас пришла.
4. Рост чувствительности к визуальным аспектам городской среды
Тяга к субъективно понятой «красоте» выражается по-разному: от неприятия монотонных ландшафтов советских микрорайонов до интереса к ярким элементам города, в том числе и вполне китчевым.
5. Увеличение значимости досуговой составляющей жизни
Советский образ города-завода сменяется образом города-курорта с образом жизни, наполненным сибаритством и праздностью.
«В совокупности все эти изменения ведут нас, так сказать, в новые девяностые. Прежде всего в том смысле, что сегодня мы наблюдаем если и не слом, то, как минимум, эрозию культурных норм и стереотипов, сложившихся за постсоветские годы».
Это уже проявляется в архитектуре и облике наших городов. Мне кажется, например, что собянинская Москва обретает все больше атрибутов лужковской. Усиливаются тенденции к сносу «скучных» модернистских зданий (например, СЭВ). Возобладала высотная модель жилищного строительства на периферии. Сверху транслируются определенные вкусовые предпочтения. Да, в центре города пока еще не появился «Наутилус 2.0», но уже активно обсуждается строительство цирка, форма которого напоминает не то скифский шлем, не то кондитерский колпак. Возникает претензия на новый московский стиль, продвигаемый главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым под вывеской «эмо-тека». В общем, параллели с девяностыми налицо. Но, конечно, на новом витке исторической спирали.
3. Какие факторы в наибольшей степени препятствуют динамичному развитию российских городов?
Можно говорить о многих факторах -- от недостаточности инвестиций в инфраструктурное развитие до кадрового голода в различных отраслях. Однако я бы во главу угла поставил другое: отсутствие доверия между основными участниками процессов городского развития.
Вынужден признать, что, несмотря на значительные успехи в разных сферах урбанистики, мы не сильно продвинулись в этом направлении. Более того, мы порой принимаем меры, которые препятствуют возникновению атмосферы социального доверия в наших городах. Например, мы строим гигантские «человейники», где по всем законам социальной психологии невозможно сформировать доверительные отношения между жителями. Или подавляем публичную социальную активность — скажем, под предлогом существующих ковидных ограничений.
«При этом доверие как в бизнесе, как и в социуме — это важнейший фактор, говоря языком экономистов, минимизации транзакционных издержек. Все процессы идут быстрее и эффективнее, если стороны доверяют друг другу».
В настоящее время многие трезвые инициативы блокируются из-за отсутствия доверия со стороны жителей. Каналы обратной связи с населением сократились до принятия жалоб на бытовые проблемы. Общественно-политическая функция мэрии сводится до исполнения сугубо оперативной функции городской диспетчерской.
4. Какие проекты, связанные с развитием российских городов, последних года-двух являются знаковыми или наиболее интересными?
Для меня самые знаковые и интересные проекты — это разработка мастер-планов для городов Дальнего Востока и Арктики в рамках исполнения поручения Президента. В этой работе сосредоточилась творческая энергия и профессиональный интеллект множества сведущих и неравнодушных людей: представителей всех уровней власти, экспертов в различных областях городского развития и активных горожан. В результате многочисленных дискуссий, просмотров и обсуждений был сформирован документ, который, на мой взгляд, можно считать весомым российским вкладом в теорию и практику городского планирования.
При правильном использовании мастер-план может стать эффективным инструментом управления изменениями в городе.
Основные качества этого документа:
- Попытка увязать экономическое планирование с пространственным.
- Установление понятных и измеримых целей и задач, в достижения которых должны вносить вклад каждый проект и каждое мероприятие мастер-плана.
- Избирательность — акцент на действительно важных аспектах, способствующих достижению целей и задач проектов.
- Вовлеченность широкого круга участников в решение задач городского развития: органов власти, бизнеса, жителей, а также структур федерального, регионального и местного уровней.
«Сейчас, когда опять же по поручению Президента ведется работа по интеграции мастер-планирования в законодательство, важно учесть все ценное и положительное, что было достигнуто в процессе подготовки мастер-планов для городов Арктики и Дальнего Востока».
Стоит отметить, что и сам Президент на пленарном заседании последнего ВЭФ настаивал на целесообразности тиражирования этого опыта.
5. Если бы вы обладали неограниченными полномочиями, какие несколько решений вы бы приняли в свете развития российских городов?
Я бы сосредоточился, наверное, на стимулировании развития агломераций как мест с самой производительной экономикой и самым высоким человеческим потенциалом.
Для этого я предложил бы три меры.
- Стимулировать формирование каркаса высокоскоростного железнодорожного сообщения между крупнейшими городами и агломерациями. Нам необходимо научиться строить такие линии быстро и экономично, чтобы они соединяли не только Москву, но и региональные центры. Например, Екатеринбург с Челябинском, Хабаровск с Владивостоком, Нижний Новгород с Казанью.
- Придать агломерациям, точнее органам их управления, правовую субъектность. Это позволит привлекать инвестиции и реализовывать проекты в масштабах Большой Москвы, Большого Петербурга, Большого Екатеринбурга.
- Запустить программы экономической ревитализации центров городов, подразумевающие привлечение смешанных инвестиций в модернизацию инфраструктуры. Это, в свою очередь, должно способствовать росту инвестиционной и туристической привлекательности исторических ядер наших городов и агломераций.
Также было бы интересно запустить конкурс городских проектов — по аналогии с конкурсом Минстроя в рамках «Комфортной городской среды». Сделать так, чтобы города могли подавать любые проекты городского развития (инфраструктурные, социальные, экономические) на получение финансирование из средств бюджетной системы РФ. И в режиме конкурса доказывать эффективность таких проектов.
«Мне кажется, это могло бы стимулировать инициативы на местах, да и вообще процесс обсуждения и осмысления будущего наших городов».