Природа сложностей: общественные пространства северных городов
Интерес России в развитии арктических регионов официально крепнет, индекс качества городской среды по всей стране, включая северные регионы, растет и должен продолжать расти. Между тем общественные пространства в экстремальных климатах требуют повышенного внимания. Эта публикация — своеобразный тизер исследования «Общественные пространства северных городов» Международной урбанистической лаборатории «ЦЕНТР Lab» и их размышления о комфортной среде в среде, по природе своей некомфортной. Если коротко — именно сейчас условия перехода на новую ступень качества общественных пространств на Севере весьма благоприятные. Нужно только консолидировать усилия — присоединяйтесь!
Авторский коллектив исследования: Кетеван Хелая (генеральный директор), Сергей Георгиевский (куратор проекта), Ольга Грицан (руководитель исследования), Анна Воронина, Анна Алайская, Ольга Губина, Александр Инюшин, Виктор Кочкин, Анастасия Нигматуллина, Яна Нэсс, Степан Попов, Василиса Савинова, Мария Седлецкая, Арсен Хизриев, Елена Чайка, Ирина Чернова, Инна Цокур, Александра Ядерская, Александр Максаков, Денис Дмитриенко
Мотивация для исследования: курс на Север
В России за последние два десятилетия — благодаря действующим национальным проектам — вопросы комфортности среды начали рассматриваться на самом высоком уровне как значимый фактор развития городов, во многом определяющий стабильность системы расселения в целом. Стратегия пространственного развития России на период до 2025 года в качестве одной из задач называет сокращение уровня межрегиональной дифференциации и внутрирегиональных различий, в том числе в области повышения качества комфортной среды за счет развития и благоустройства общественных (публичных) пространств. При этом для заполярных и циркумполярных территорий характерны наименее комфортные условия проживания, и современные методические подходы к организации общественных пространств, успешно применяемые в других областях, — здесь не работают.
В то же время изменение геополитической ситуации стало причиной повышенного интереса государства именно к развитию Крайнего Севера — с 2020 года оно проводит новую экономическую политику в Арктической зоне. В 2022 году был утвержден план развития Северного морского пути на период до 2035 года, а 28.11.2023 — «Перечень опорных населенных пунктов (муниципальных образований) Арктической зоны РФ, в том числе выполняющих функции по обеспечению национальной безопасности и/или функции базы для развития минерально-сырьевых центров, реализации экономических и/или инфраструктурных проектов в Арктике».
территории РФ в районах Крайнего Севера
населения РФ проживает на Крайнем Севере
территории РФ расположено в Арктической зоне
населения РФ проживает в Арктической зоне
Таким образом, актуальность проблемы создания комфортной среды в условиях Крайнего Севера растет с каждым днем. В ответ на это Международная урбанистическая лаборатория «ЦЕНТР Lab» инициировала исследование общественных пространств в северных городах. Его задача — не только изучение особенностей таких пространств и условий их формирования, но и поиск закономерностей пространственной организации и функционирования систем общественных пространств, насколько это допускают камеральные условия. В том числе авторы ставили перед собой цели:
- определить номенклатурный набор общественных пространств северных городов;
- проанализировать факторы формирования общественных пространств и типологизировать северные города в зависимости от дифференциации этих факторов;
- выявить особенности пространственной организации систем общественных пространств в северных городах;
- провести сравнительный анализ событийного разнообразия, активности муниципальных учреждений культуры и некоммерческих организаций, а также деятельности региональных центров компетенций и агентств развития;
- выявить особенности организации и функционирования общественных пространств северных городов, иллюстрирующих адаптированный подход к особым условиям среды.
Объект исследования: общественные пространства и предпосылки их развития
Исследование охватывает 141 город, расположенный на территории Крайнего Севера и местностей, приравненных к ней. Обособление этих городов обусловлено не только их географическим положением и дискомфортной средой для жизни (экстремальные погодные явления, полярная ночь, безлесные ландшафты и т.д.) , но и формированием на их территории специфической социокультурной ситуации. Это связано с историей возникновения, демографическими особенностями и изолированностью северных городов. Например, около 80 % из них – малые, где неблагоприятные природные условия сочетаются с монотонностью повседневного окружения, а это, в свою очередь, способствует возникновению у жителей психоэмоциональной нестабильности.
появление первых «северных» городов – Вельска, Олонца и Онеги
численность населения самого маленького «северного» города, Верхоянска
продолжительность полярной ночи в городе Певек, расположенном севернее всех остальных северных городов России
стоит пасмурная погода в городе Киренске
При этом общественные пространства в этих городах проанализированы не только как функционально и/или планировочно обособленные территории в структуре городской ткани, но и как «третье место» – часть городского пространства, используемая для отдыха, досуга и социального взаимодействия. По этой причине объектами исследования кроме классических открытых общественных пространств стали анклавные рекреационные территории и альтернативные места отдыха, а также релевантные объекты общественного назначения.
Таким образом, под «общественным пространством» в исследовании понимается часть городского пространства и объекты общественного назначения, которые:
- предполагают свободный доступ неограниченного круга лиц независимо от их социального статуса и уровня доходов;
- предоставляют возможность реализовать адаптивные сценарии использования — от неформального общения и самовыражения индивидов до проведения массовых мероприятий.
Учитывая различия северных городов как по численности населения (от 768 человек в Верхоянске до 406 тыс. человек в Сургуте), так и по географическому расположению (самый северный город Певек находится на широте 69°, самый южный – Дальнегорск – на широте 44°), были изучены предпосылки развития общественных пространств. В каждом из городов анализ этих предпосылок, поделенных на четыре блока (природно-экологический, социально-экономический, градостроительный и социокультурный) осуществлялся путем комплексной оценки 16 факторов. Те, в свою очередь, ранжировались на основании 35 показателей, отражающих условия формирования и функционирования общественных пространств.
Для верификации выбранного алгоритма оценки было произведено сравнение показателей тестовых городов с аналогичными показателями по Вологде – крупному экономически устойчивому городу в непосредственной близости от регионов, отнесенных к Крайнему Северу. Таким образом, авторы исследования рассматривали Вологду в качестве условного оптимума. И это сравнение показало достаточную дифференциацию ранжированных показателей для обособления групп городов по предлагаемым факторам — от наиболее благоприятных предпосылок (Петрозаводск, Южно-Сахалинск, Сыктывкар) до наименее благоприятных (Певек, Удачный, Билибино).
Таким образом выделилось 8 групп городов, в условных названиях которых нашла отражение их специфика. При этом сравнение комплекса ранжированных показателей применительно к выделенным группам — с точки зрения уже сложившихся условий формирования общественных пространств — показало всю внутреннюю неоднородность той совокупности городов, которую нормативно-правовые документы относят к Крайнему Северу и АЗРФ.
Так, например, ожидаемо выделяется группа сложноорганизованных городов с высокой численностью населения («Крупные»), для которых распространенные в стране подходы к формированию общественных пространств в той или иной степени релевантны.
Ряд городов обособился по территориальным и историческим признакам («Восточные» и «Древние») — их тоже отличают широкие возможности для работы с природным и культурным потенциалом.
«Исчезающие» и «Прибрежные» группы городов характеризует раздробленная планировочная структура и сложная демографическая ситуация. При этом они отличаются благоприятными климатическими условиями и высокой активностью культурных институций.
Города групп «Индустриальные» и «Северные» имеют различную демографическую ситуацию и культурную составляющую и испытывают значительное влияние климатических факторов. При этом они обладают наилучшими предпосылками для формирования классических систем общественных пространств, в том числе исходя из особенностей планировочной структуры городов и бюджетной обеспеченности.
Наконец, группа городов «Недоступные» — это наиболее сложные социально-экономические и климатические условия для создания общественных пространств и применения общепринятых нормативов. Города этой группы расположены за полярным кругом, имеют важное стратегическое значение, а часть из них относится к закрытым территориальным образованиям (ЗАТО).
Предмет исследования: общественные пространства и их функциональные особенности
Анализ таких признаков, как планировочная организация и номенклатурное разнообразие, помог сформировать классификатор, который насчитывает 27 видов открытых и 60 видов закрытых общественных пространств. Для упрощения эти виды отнесли к нескольким типам: 6 для открытых пространств (классические, спортивные, рекреационные, тематические, анклавные и альтернативные) и 7 типов закрытых пространств (культурно-просветительские, торговые, торгово-развлекательные, спортивно-оздоровительные, общественного питания, досуговые и иные релевантные объекты).
Сначала проанализировали разнообразие открытых общественных пространств и их сочетаемость в пределах определенных районов. Это позволило выделить два «номенклатурных» набора открытых общественных пространств: базовый и расширенный, а по совокупности признаков — шесть типологических ситуаций различной степени сложности пространственной организации их систем. Ведь как ни странно, в северных городах открытые общественные пространства довольно разнообразны — от классических парков и скверов до более специфических для региона благоустроенных набережных, фестивальных площадок, открытых картингов и т.д. Несмотря на неблагоприятные климатические условия, здесь нередко организуются даже официальные пляжные зоны. Кроме того, в городах исследования и в комфортной транспортной доступности вне городской черты располагаются этнографические и другие тематические развлекательные комплексы, спортивно-рекреационные территории, горнолыжные склоны и пикниковые точки на побережьях.
Рассмотрение номенклатурного состава общественных пространств как раз и показало, что в большей части городов (96 из 141) встречается расширенный набор общественных пространств, и только треть (45 из 141) имеет базовый набор или лишь его отдельные элементы. При этом примерно в 40 % всех городов (56 из 141) целостные системы общественных пространств не сформированы.
Вместе с тем, в условиях крайнего климатического дискомфорта, плохой освещенности в периоды полярной ночи и гражданских сумерек для жителей северных городов особое значение приобретают закрытые общественные пространства. Они могут не только удовлетворить запрос на проведение организованного досуга в рамках культурных и просветительских мероприятий, но и предложить форматы для свободного взаимодействия людей разного возраста. Чаще всего такими местами становятся нормируемые мультиформатные объекты культурно-просветительского, досугового и спортивного назначения: обновленные библиотеки (Игарка), многофункциональные дома культуры (Когалым, Холмск), музейные комплексы, торгово-развлекательные центры. При этом разнообразие объектов ожидаемо зависит от численности населения городов: индивидуализация форматов, как правило, отмечается в городах с населением более 60 тыс. человек.
На основании выявленных закономерностей распределения закрытых общественных пространств — по аналогии с открытыми общественными пространствами — из всего перечня объектов, представленных в классификаторе, были выделены ключевые, наличие которых говорит о минимально необходимом обеспечении города функциями закрытых общественных пространств. Это позволило оценить степень развитости их системы: в зависимости от общей обеспеченности закрытыми общественными пространствами (в пересчете на население города) и от функционального разнообразия ключевых объектов были выделены 10 типов обеспеченности городов, укрупненные до четырех.
Событийная повестка: факторы влияния
Так как общественные пространства — это прежде всего места социокультурного взаимодействия, в исследовании была проанализирована и событийная повестка в увязке с имеющимися городскими пространствами. В целом ее насыщенность и оригинальность определяются следующими факторами:
- активность учреждений культуры;
- деятельность некоммерческих организаций;
- деятельность институтов развития (региональных центров компетенций и агентств развития городов);
- деятельность туристических агентств;
- партнерство с градообразующими резидентами.
Анализ событийной программы, исходя из оценки этих факторов, позволил опять-таки сформировать применительно к выделенным восьми группам городов как базовый набор событий, так и перечень уникальных форматов.
В базовом стандарте рассматривалось наличие/отсутствие в повестке государственных праздничных дат, профессиональных праздников (День оленевода, День рыбака и др.), памятных дней и конкурсов, проводимых при официальной поддержке Минкультуры России (всероссийские акции, фестивали ледяных скульптур и др.).
Как уникальные форматы трактовались мероприятия международного, всероссийского, межрегионального и муниципального масштабов по направлениям культуры и искусства, исторических реконструкций, ремесел и промыслов, гастрономии и этнографии, спорта и экологии. Отдельный акцент был сделан на выборку нестандартных событий в период полярной ночи, формирующих дополнительные сценарии для социализации жителей.
В результате выяснилось, что половина изученных северных городов обладает сбалансированным событийным календарем, в котором сочетаются круглогодичные сценарии активности и уникальные мероприятия международного, межрегионального и всероссийского масштабов. При этом среди оригинальных имиджевых форматов наиболее популярным направлением во всех городах является «культура и искусство», что связано с высокой активностью учреждений культуры.
В городах с развитым некоммерческим сектором и самоорганизацией тоже ярко проявлен творческий импульс. Но он выражен скорее в брендовых фестивалях этнографической, гастрономической и спортивной тематик.
Так или иначе, разнообразие и насыщенность календаря событий в данном случае напрямую связаны с региональным событийным потенциалом. В северных городах наиболее оригинальные идеи получают федеральное софинансирование в рамках госпрограммы «Развитие туризма» и субсидии на проведение мероприятий. Именно поэтому событийная повестка городов Ханты-Мансийского АО и Архангельской области (лидеры событийного потенциала регионов с численностью населения 1–2 млн человек), Ямало-Ненецкого АО и Сахалинской области (лидеры событийного потенциала регионов с численностью населения до 1 млн человек) отличается такой плотностью и содержательностью.
Ключевую роль в продуцировании новых социокультурных практик играют и Агентства развития городов в коллаборации с учреждениями культуры и при поддержке градообразующих предприятий. При этом соорганизаторами событий также могут являться местные общественные организации, ТИЦы и туристические агентства.
Такое комплексное изучение общественных пространств северных городов позволило сформировать целостное представление об особенностях их развития, и выявить актуальную проблематику.
Сценарии адаптации: тренды сложившиеся и формирующиеся
В современной практике создания общественных пространств в северных городах можно выделить ряд целый направлений адаптации к местным условиям. Так, к сложившимся трендам можно отнести уникальные муралы, отражающие особенности северных городов (элементы этноса, культуры и мотивов локальной идентичности) и формирование психофизиологического комфорта за счет разнообразия цветовых и световых решений.
Кроме того, в северных городах есть успешные решения функционального, архитектурно-художественного и праздничного освещения — например, разработанная компанией LiDS Studio «Единая концепция освещения города Полярные Зори», ставшая победителем конкурса «Российский светодизайн» в 2022 г. в номинации «Дизайн-проект наружного освещения». Она предлагает четыре сценария освещения, включая дорожное, фасадное и ландшафтное, основанных на принципах биологического и эмоционального воздействия света. Однако же этот тренд правомернее пока еще называть формирующимся.
Другой формирующийся тренд – дизайн малых архитектурных форм, отражающих идентичность Крайнего Севера. Пока еще многие МАФы либо тиражируют стереотипные образы (медведи, олени, комары), либо транслируют национальные мотивы без должного переосмысления. Впрочем, имеющиеся примеры содержательно и эстетически выверенных МАФов позволяют надеяться на дальнейшее развитие тренда.
Что касается жанровой скульптуры, паблик-арта и его распространенной разновидности — треш-арта, — анализ выявил следующую тематическую матрицу:
- уважение к природе – изображения животных (анималистика) и оригинальные прочтения местных полезных ископаемых;
- уважение к труду – памятники творческим деятелям и представителям профессий добывающей промышленности;
- символы времени – стелы «Я люблю (город)», «замки любви» и примеры пленэрной объемной пластики и садово-парковой скульптуры;
- исторические артефакты – объекты палеонтологии, геологии и археологии, интерпретированные в новых МАФах.
Здесь ситуация схожая: позитивные примеры есть, и хотя их пока немного, этот тренд скорее всего тоже продолжит развитие.
Также к формирующимся трендам следует отнести создание всесезонной инфраструктуры, актуальность которой обусловлена длительностью периодов с неблагоприятными погодными условиями. Наиболее часто в этом случае используются защитные некапитальные павильоны, при этом преимущественно с оригинальной авторской архитектурой.
Для повышения комфортности открытых общественных пространств в зимнее время используются также скамьи с подогревом, уличные обогреватели и камины с открытым огнем, ветрозащитные укрытия, плотное озеленение и/или искусственный рельеф. Но пока подобные решения все еще являются скорее исключением, чем правилом.
Важно отметить и недостаточно широкое применение адаптированных к экстремальным природным условиям специализированных конструкций и материалов.
Не в полной мере учитывается ландшафтное своеобразие северных территорий: вместо индивидуальных ландшафтно-архитектурных решений используются типовые. Или даже так: используются приемы биофильного дизайна и имитируются природные компоненты, тогда как подлинное природное окружение попросту игнорируется.
Спрос превышает предложение: новые форматы общественных пространств
Следует отметить, что, как и в целом в стране, жители северных городов активно осваивают альтернативные пространства для неформального отдыха: автомобильные и лодочные гаражи, заброшенные здания, садовые товарищества, неорганизованные пляжи, площадки для занятий экстремальными видами спорта и т.п. Косвенно это свидетельствует о недостаточном разнообразии предлагаемых общественных пространств для отдыха и досуга.
Как минимум еще на получил распространения формат многослойных гибридных рекреационных пространств, который мог бы стать ответом на экстремальные природные условия. Единственный до настоящего времени пример такого пространства — концепция Парка будущих поколений в Якутске, предложенная в 2019 году победителем открытого всероссийского конкурса — консорциумом московского бюро ATRIUM и якутского бюро «Восток+».
Авторы предложили конструкцию САХАblock – универсальную модульную архитектурно-ландшафтную единицу; конструктор, который позволяет возводить комфортные аутентичные общественные пространства в любом городе Крайнего Севера (см. ПР100). И еще до завершения строительства объекта, в 2022 году, создана АНО «Парк будущих поколений», ведущая активную образовательную деятельность среди детей и молодежи в современных креативных направлениях. Важно, что содержательная часть новых пространств должна отвечать новым требованиям времени.
В некоторых городах все же появляются адаптивные закрытые пространства нового типа — например, молодёжные клубы-коворкинги «СОПКИ» в городах Мурманской области, культурный хаб «Контейнер-Холл» в Мурманске. Однако устойчивый тренд на создание закрытых общественных пространств, которые могли бы стать альтернативой устаревшим форматам, до сих пор не сложился.
«Комфортная городская среда» и другие нацпрограммы: есть, куда расти
Обзор лучших практик благоустройства, сформированный в рамках приоритетного проекта «Формирование комфортной городской среды» и насчитывающий 720 реализованных проектов, показал, что только 7 % из них – проекты, реализованные на территории Крайнего Севера и АЗРФ. Они хотя и демонстрируют возросший уровень благоустройства, но никаких прорывных решений не предлагают.
48 проектов на территории Крайнего Севера и Арктической зоны РФ включено в реестр лучших практик 2017–2022 гг.
Есть и позитивная статистика. 70 % проектов этого реестра реализовано под кураторством региональных центров компетенций (РЦК). Это своеобразный стратегический орган пространственного развития муниципальных образований, оказывающий экспертное и аналитическое сопровождение при формировании комфортной городской среды. В настоящее время РЦК действуют в 60 регионах РФ. В том числе — в 13 (!) субъектах настоящего исследования.
Таким образом, несмотря на имеющиеся объективные и субъективные проблемы, многие северные города в последние годы демонстрируют примеры системной работы с общественными пространствами, адаптации решений к природным условиям и учитывают локальную идентичность. Наибольший прогресс отмечается в городах присутствия добывающих корпораций («Роснефть», «Газпром», «СИБУР Холдинг», «ЛУКОЙЛ», «Росатом», «СЕВЕРСТАЛЬ», «Норильский никель» и т.д.), а также в регионах, где созданы РЦК. Именно в них мы видим функциональные и эстетически привлекательные общественные пространства. Коллаборация органов государственных и частных институтов развития, объединение частных и бюджетных инвестиций, активизация социального взаимодействия – те направления, которые представляются наиболее эффективными для изменения подходов к работе с общественными пространствами северных городов.
